истина требует признать, что ближайший родственник «первого весла» Англии превыше всего ставил развитие интеллекта. Этот вырождающийся британец глотал огромное количество книг, но не мог проглотить и полпинты пива. Выучил несколько иностранных языков, но не сумел научиться грести. Усвоил дурную привычку, вывезенную из-за границы, — играл в свободную минуту на музыкальном инструменте, и не мог усвоить чисто английскую добродетель — способность отличить в конюшне хорошую лошадь от плохой. Вообразите — не имел ни бицепсов, ни книжки для записей пари! Как при всем этом он умудрялся жить, одному небу известно. Он во всеуслышание признавал, что не считает лай гончих услаждающей слух музыкой. Он мог поехать в чужие края, узреть непокоренную вершину и равнодушно от нее отвернуться. Такой не полезет тут же покорять ее, британская гордость не взыграет в нем. Подобные типы нередко встречаются среди низшей породы людей, обитающей по ту сторону Ла-Манша. Возблагодарим же Бога, сэры, что английская земля никогда не была и не будет для них благодатной почвой.