bookmate game
ru
Books
Тамара Петкевич

Жизнь – сапожок непарный. Книга первая

Воспоминания Тамары Петкевич, наряду с произведениями Варлама Шаламова, Евфросинии Керсновской, Евгении Гинзбург и многих других, занимают прочное место в ряду произведений, которые запечатлели «единый человеческий слив помоев, добра, жестокости, зверств и беззащитности» и навсегда обозначили координаты «лагерной» темы на карте русской литературы ХХ века. Юной, хрупкой, нежной, потрясающе красивой женщине в полной мере довелось хлебнуть из чаши страданий, выпавших на долю безвинных жертв политических репрессий; она испытала и непосильный труд, и унижения, и голод, и холод, которые превращают заключённых в затравленное животное. Вместе с тем лагерные годы стали для автора не только наукой выживания в нечеловеческих условиях. Судьба Тамары Петкевич под стать захватывающему роману, в котором соединились любовь, предательство, ревность, разлука, дружба, встречи с удивительными людьми, радость материнства и боль утраты — всё то, что определяет волнующую полноту человеческой жизни вопреки уродству страшных законов лагеря и своеволию его богов и божков.
732 printed pages
Copyright owner
Bookwire
Original publication
2023
Publication year
2023
Have you already read it? How did you like it?
👍👎

Impressions

  • Лена Гуменюкshared an impression4 months ago
    👍Worth reading
    💀Spooky
    🚀Unputdownable

    Пронзительно, больно, страшно. Просто не верится как такие испытания легли на плечи 20-летней девушки, оставшейся без семьи и опоры.

  • Verdenashared an impression4 months ago
    👍Worth reading

    Плакала навзрыд и читала. Жестокая, беспощадная, кровавая мясорубка большого сталинского террора в биографическом романе изумительной Тамары Петкевич. Читать, чтобы помнить. Читать, чтобы знать. И в следующий раз, когда на очередной площади очередного города, т. н. власть решит установить очередной памятник Сталину, возможно мы наконец сможет выбраться из своих ракушек, в которых сидим и боимся сказать слово, и выступим против.

  • Евгения Рудаковаshared an impression3 months ago
    👍Worth reading

Quotes

  • Kristina Ivanchhas quoted3 months ago
    Почувствовав, что он не брошен на произвол судьбы, Колюшка оживился. Письма стали более уверенными: «Лучше! Боли отступили. Только температура ещё держится. Мне лучше!..» Опухоли… температура… И… боли?
    Я вспомнила, как Колюшка забыл на сцене текст «Макара Чудры». Вспомнила и одно его признание. Он никогда не рассказывал про немецкие концлагеря. Только однажды вскользь обронил: «…нас там облучали…»
  • Kristina Ivanchhas quoted3 months ago
    Нет, то был не тридцать седьмой год! Шёл пятидесятый! Было чуть тише. Добивали недобитых, уже не таких в расцвете сил, какими были в тридцать седьмом. Обирали обобранных.
  • Kristina Ivanchhas quoted3 months ago
    Обвинения те же. Новых не предъявляют! Отсидевших по приговору десять лет арестовывают вторично – и опять «ни за что»?! Таких, кто отказался бы в это поверить, не нашлось. Опыт учил: «Так было, так есть и будет».

On the bookshelves

fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)