ru
Михаил Ходорковский

Тюремные люди

Шыққан кезде хабарлау
Бұл кітапты оқу үшін EPUB не FB2 файлын Букмейтке жүктеңіз. Кітапты қалай жүктеп алуға болады?
    b9832030189дәйексөз қалдырды2 жыл бұрын
    Неужели просто дураки? Но еще дурнее выглядит убеждение: «Эти наворовали, лучше уж не менять!»
    Вряд ли такое сказали бы в лагерном бараке. Здесь точно известно: крыса сама не успокоится, ее придется успокоить, с большим или меньшим гуманизмом.
    dolboebдәйексөз қалдырды8 жыл бұрын
    Небольшого росточка, лысоватый, с темными, почти черными глазами, весьма подвижный, но всегда какой-то будто испуганный, NN нашел себе постоянное место на отрядной кухне, официально называемой «комната приема пищи».
    Здесь, вернувшись после работы, можно попить чаю и согреть в микроволновке немудрящий бутерброд, когда находится из чего. Впрочем, принесенный из столовой и чуть подогретый хлеб сам по себе тоже неплох.
    Есть и те, кто устраивается получше: регулярные посылки, возможность отовариваться в магазине сверх минимально разрешенной суммы — все доступно, если имеешь специальность, работаешь, если тебя не забывают родные.
    Конечно, несмотря на официальный запрет, «ресурсы» перераспределяются. Делятся между собой приятели, соседи по столу, по месту в бараке, оплачиваются мелкие услуги типа стирки вещей, ремонта.
    Работа на кухне не слишком уважаемая, но хлебная. Протер стол, подал кипяток, помыл посуду, порезал колбасу. Мало ли еще дел, которые после тяжелого дня делать неохота. А за это всегда пригласят почаевничать, отсыплют конфет или сахара, отрежут кусок колбасы, пришедшей из дома.
    Впрочем, большая часть продуктов хранится тут же, под контролем NN, который должен помнить, где чье и кто с кем вместе хранит, чтобы ненароком никто не схватил чужое. Поэтому когда меня угощают моим собственным, хорошо знакомым мне по вкусу кофе, я слегка удивляюсь.
    — Откуда?
    Михаилдәйексөз қалдырды8 жыл бұрын
    По-русски они говорят, но предпочитают, конечно, родной язык. Поэтому, чтобы не мешать людям (в моем присутствии, из вежливости, они стараются на свой не переходить
    Юлядәйексөз қалдырды7 ай бұрын
    А ведь здесь — каждый сотый житель нашей страны, через тюрьму проходит каждый десятый (если уже не каждый седьмой) мужчина
    Lilyдәйексөз қалдырды8 ай бұрын
    С кем мы торгуемся на самом деле? Как узнаем, что «та сторона» — наша совесть — от сделки отказалась? Когда сами окажемся один на один с бедой?
    Или потом, на краю, подводя окончательный итог своей жизни, мучительно осознавая, что «бег между струйками» окончен и остается только память? Но уже ничего не изменишь?
    Lilyдәйексөз қалдырды8 ай бұрын
    Сделка с совестью — соврать, смолчать, «не заметить» ради своего спокойствия, прикрываясь интересами своей семьи. Успокоить себя, что «такое время», что «все такие».
    Lilyдәйексөз қалдырды8 ай бұрын
    Вы полагаете, что с вами ничего подобного не может случиться? Вы ведь не воруете в супермаркете и не уводите деньги со счетов милицейских чинов? В истории нашей страны так многие думали, а потом оказывалось, что у них просто очень хорошая квартира, которая нравится соседу-осведомителю.
    Lilyдәйексөз қалдырды8 ай бұрын
    Сильный, добродушный парень, какими бывают именно сильные и простые люди. Его лишили не свободы — счастья. Он не ропщет, воспринимает тех, кто старше, кто «начальник», как стихию. Пришла волна и оставила на берегу — одного, без дома, без семьи.
    Lilyдәйексөз қалдырды8 ай бұрын
    мотрю на этого многократно судимого человека и с горечью думаю о многих людях на свободе, которые ценят свою честь гораздо дешевле, а отнять пару тысяч у старика или старухи вообще особым грехом не считают. Пусть грабеж и прикрыт умными словами. Им не стыдно.
    Lilyдәйексөз қалдырды8 ай бұрын
    Но в России все, читавшие Солженицына и Шаламова, равно как и никогда не слышавшие имен этих великих писателей, генетически, на подкорке головного мозга держат пословицу, что от сумы да от тюрьмы зарекаться нельзя.
fb2epub
Файлдарды осы жерге салыңыз, бір әрекетте 5 кітаптан асыруға болмайды