Петер ван Гестел

Зима, когда я вырос

    Mariya Chernyavskayaдәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    Я не смо­гу за­снуть, знаю за­ра­нее.
    Полина Шипулинадәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    Ко­гда чего-то не по­ни­ма­ешь, то мож­но спро­сить, как и что, но ко­гда ни­че­го не по­ни­ма­ешь, то и спро­сить ни­че­го не мо­жешь, по­то­му что не по­ни­ма­ешь, с чего на­чать
    Полина Шипулинадәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    Я с пер­вой ми­ну­ты влю­бил­ся в Бет по уши. Но не ду­маю, что она с пер­вой ми­ну­ты влю­би­лась в меня по уши
    Полина Шипулинадәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    Я не мог для себя ре­шить: это он идет со мной или я иду с ним? Ино­гда та­кие вещи не­по­нят­ны
    Полина Шипулинадәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    Из то­нень­кой Биб­лии, в ко­то­рой было, на­вер­ное, не­сколь­ко ты­сяч стра­ниц, он вы­дер­ги­вал по­лу­про­зрач­ные ли­сточ­ки и за­кру­чи­вал в них та­бак
    Полина Шипулинадәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    По-мо­е­му, если че­ло­век по­пла­кал и пе­ре­стал, об этом не­за­чем боль­ше вспо­ми­нать
    Полина Шипулинадәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    Да и во­об­ще упасть вдво­ем — это здо­ро­во. Па­дать в оди­ноч­ку, как я это все вре­мя де­лал, — со­всем не здо­ро­во
    Полина Шипулинадәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    Уди­ви­тель­ный че­ло­век — ве­се­лит­ся в са­мые не­ожи­дан­ные мо­мен­ты, имен­но то­гда, ко­гда ду­ма­ешь: вот те­перь она рас­сер­дит­ся уже все­рьез
    Полина Шипулинадәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    Я все­гда го­во­ри­ла тво­ей маме: не вы­хо­ди за ар­ти­ста, дет­ка, по­гу­ляй с ним вдо­воль, но в дом это­го меч­та­те­ля не пус­кай
    Полина Шипулинадәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    Я не лю­блю, слов­но ста­ри­кан, си­деть с но­га­ми в тазу, ко­гда во­круг меня пор­ха­ют де­вуш­ки лет во­сем­на­дца­ти. Они то­гда сме­ют­ся надо мной. Это, впро­чем, ни­че­го не зна­чит: они сме­ют­ся от все­го, что ви­дят и слы­шат
    Полина Шипулинадәйексөз қалдырды2 ай бұрын
    — Зна­ешь, чем мож­но за­глу­шить горе? — спро­сил он.

    Я не знал, да и не слиш­ком хо­тел знать.

    — Еще бо­лее силь­ным го­рем
    Эльчидәйексөз қалдырды5 ай бұрын
    За­чем ты пе­ре­ехал в Аме­ри­ку?» — од­на­жды спро­сил я у него. Он от­ве­тил: «Что­бы пла­кать от то­ски и горя»
    Эльчидәйексөз қалдырды5 ай бұрын
    На све­те столь­ко лю­дей, — ска­зал он, — а зна­ко­мишь­ся толь­ко с не­мно­ги­ми. На све­те столь­ко де­во­чек, в ко­то­рых мож­но влю­бить­ся, но с ко­то­ры­ми тебе так и не при­дет­ся встре­тить­ся.
    Эльчидәйексөз қалдырды5 ай бұрын
    Что де­лать ам­стер­дам­цу в Аме­ри­ке? Я все­гда был ам­стер­дам­цем, а те­перь я еврей
    Эльчидәйексөз қалдырды5 ай бұрын
    По­езд мед­лен­но тро­нул­ся.

    — Слу­шай­ся стар­ших! — крик­нул я ему.

    — Не-ет! — ска­зал папа. — Ни за что!
    Мария Мариядәйексөз қалдырды5 ай бұрын
    девчонки, которые сначала кажутся занудными, как раз самые классные.
    Мариядәйексөз қалдырды6 ай бұрын
    Мы о них мало зна­ем, они о нас мало зна­ют, хотя они ко­гда-то тоже были деть­ми, так что у них есть не­боль­шое пре­иму­ще­ство
    Мариядәйексөз қалдырды6 ай бұрын
    Че­ло­век все­гда очень оди­нок. Та­кое у меня чув­ство. При­чем че­ло­век осо­бен­но оди­нок, ко­гда он ря­дом с теми, кого он лю­бит и кто его лю­бит. Дядю
    Мариядәйексөз қалдырды6 ай бұрын
    По­че­му ни­кто ни­ко­гда не рас­ска­зы­ва­ет мне того, что для меня важ­но? По­че­му я до все­го дол­жен до­хо­дить сво­им умом? Это за­ни­ма­ет столь­ко сил и вре­ме­ни, с ума сой­ти мож­но!
    Мариядәйексөз қалдырды6 ай бұрын
    он уми­рал от стра­ха — бо­ял­ся от­то­го, что сно­ва стал оди­но­ким евре­ем, имен­но та­ким, ка­ких от­лав­ли­ва­ли нем­цы. Страх — это все, страх — это и есть вой­на, страх и смерть, а все осталь­ное на вой­не — кан­це­ляр­щи­на, спис­ки имен, сче­та за пуш­ки и тан­ки, аусвай­сы, на­гра­ды, вся­кая чушь
fb2epub
Файлдарды осы жерге салыңыз, бір әрекетте 5 кітаптан асыруға болмайды