Обещания богов

Алкоголики или наркоманы называют это «делиться», но в действительности дело всегда в другом — в желании увлечь других в ту же бездну.

сдвинула дверцу и, как положено хозяйке, поднесла каждому бока

услуге.
Франц поймал его за ворот и затолкал под каменные ступени, подальше от глаз и ушей гестапо.
— Как идет расследование?
— Но...
— Ты ведь в команде Грюнвальда?
— Да.
— Ну и?
—

времена античных греков — а значит, на вершине культуры — все поголовно были содомитами. Привет, цивилизация.
Он свернул на Рикештрассе, потом на маленькую перпендикулярную улочку, где ра

— Я пошел к себе в кабинет, — бросил он, щелкнув каблуками. — Если решишь высказаться яснее, ты знаешь, где меня найти.

Черные ступеньки, запах плесени, потом просторное помещение без перегородок; неоновые светильники, казалось, наклоняются, пытаясь прочесть тысячи скоросшивателей и папок, выстроившихся на шатких стеллажах.

лелеющая свою беззаботность

Бросить пить? Не шутите? Чтобы принимать такие решения, нужно иметь будущее.

У всех раздельные спальни. По крайней мере, в голове. В конечном счете сон — это самая личная вещь, какая только может быть. Неотъемлемое благо.

В рядах гестапо встречались разные типы: тупицы (много), садисты (меньше, чем можно было ожидать), ленивцы (большинство), а также немало чистосердечных служак. Эти нашли себе пастуха и с блеяньем следовали за ним, образуя черное, тупое и опасное стадо.