Борис Пильняк

Повесть непогашенной луны

Борис Пильняк — один из самых необычных русских писателей первой трети XX века, человек неоднозначной и трагической судьбы. Писательская слава пришла к нему рано, однако его творческий и жизненный путь оказался недолгим (писатель был расстрелян в 1938 году). Стиль произведений Бориса Пильняка характеризуется наличием разнообразных, подчас взаимно исключающих тенденций. Наряду с мастерски выполненными гротескными образами, отражающими гримасы провинциального быта, Пильняк дает образы натуралистические, подчеркивает момент биологический и эротический в характеристике персонажа. Идеи, интересующие автора, реализуются не только в сюжетной канве произведений, но и в ряде обрамляющих и скрепляющих сюжет отступлений, в монологах, то лирически взволнованных, то публицистических по характеру письма. Разорванный, алогичный строй речи, в котором такие реалистические элементы, как местные характерные слова и обороты, сочетаются с подчас трудно осмысляемыми неологизмами, фразами, построенными вне правил синтаксиса, составляет своеобразие языка Бориса Пильняка. «Повесть непогашенной луны» была написана в 1926 году, спустя всего несколько месяцев после окруженной слухами смерти героя Гражданской войны, командарма М.В. Фрунзе, и встречающиеся в ней отсылки к реальной истории, привели к пому, что повесть о нелепой гибели командарма Гаврилова была запрещена к публикации. Повторно она увидела свет лишь в 1987 году с предисловием самого автора о том, что ее не следует рассматривать как литературную версию гибели знаменитого командарма. Однако главное в повести — не репортаж о смерти военоначальника, а столкновение интересов и воль личности и коллектива. Файл электронной книги подготовлен в Агентстве ФТМ, Лтд., 2015.
47 қағаз парақ

Ұқсас кітаптар

Пікірлер

    Дмитрий Безугловпікірмен бөлісті5 жыл бұрын
    💀Жаман
    🔮Мәнді
    🚀Бас көтеру қиын
    💧Көзден жас ағарлық

    Пишу, ничего не зная о Пильняке; знаю лишь, что "«Повесть» – оглушительна, страшна, жиловытягивательна и невероятно написана.
    Если вам доводилось читать ее в школе – заклинаю, вернитесь к ней вновь.
    Сказ о том, как приуготавливаться к смерти, принять кровь, ужас и молчание, приходящее после; и давно мой взгляд не скакал по таким ритмичным строкам, разметывающимся лишь как когда герои прыгают в машину и мчат за город, дробя пространство и раскидывая его на осколки - лишь затем, чтобы собрать его уже после своей смерти.

    Сэр Пухпікірмен бөлістібылтырғы жыл
    👍Кеңес беремін

    6

    Tanya Borisovaпікірмен бөлісті2 жыл бұрын

    Мне понравился язык повествования, а самой истории там как таковой и нет

Дәйексөз

    Maria Glazachevaдәйексөз қалдырды4 жыл бұрын
    — Ты мне дай почитать чего-нибудь — только, знаешь, попроще, про хороших людей, про хорошую любовь, о простых отношениях, о простой жизни, о солнце, о людях и простой человеческой радости.
    Такой книги не нашлось у Попова.
    Маша Бузуновадәйексөз қалдырды2 жыл бұрын
    Первый снег, тот снег, что выводит землю из осени в зиму, всегда падает ночами, чтобы положить рубежи между осенней слякотью, туманом, изморосью, палыми листами и уличным сором, что были вчера, — и между белым бодрым днем зимы, когда исчезли все трески и шумы и когда в тишине надо подтянуться человеку, подумать внутрь и никуда не спешить.
    Катя Кулешовадәйексөз қалдырдыөткен ай
    Командарм говорил об армии, он переставал быть ткачом и становился полководцем и красным генералом Красной Армии; командарм говорил об Орехово-Зуеве и орехово-зуевских временах — и не замечал, должно быть, как становился он ткачом, вот тем ткачом, который тогда там полюбил заречную учительницу, чистил для нее сапоги и ходил босиком до школы, чтобы не пылились сапоги, и только в лесочке у школы обувался, купил для нее фантазию с бантом и шляпу «а-ля черт побери», и все же дальше разговоров о книжечках никуда с училкой не забрел, не вышло у них романа, отвергла его учительша. Командарм-ткач был уютным, хорошим человеком, умевшим шутить и видеть смешное, и он шутил, разговаривая с другом; лишь изредка спохватывался командарм, делался непокойным: вспоминал о непонятном вызове, неловко двигался и говорил тогда здоровым ткачом о больном командарме: «Вельможа, фельдмаршал, сенатор — тоже! — а гречневой каши есть не могу… Да, брат, Цека играет человеком, — из песни слова не выкинешь», — и отмалчивался

Сөрелерде

fb2epub
Файлдарды осы жерге салыңыз, бір әрекетте 5 кітаптан асыруға болмайды